Международный гражданский процесс книга

Международный гражданский процесс книга

МЕЖДУНАРОДНЫЙ ГРАЖДАНСКИЙ ПРОЦЕСС — условная категория. существующая в науке между-народного частного права: обозначает особый комплекс вопросов, относящихся

к гражданско-процессуальному праву, действующему в рамках каждого национального государства, который включает:

а) процессуальное положение иностранных физических и юридических лиц, а также лиц, без гражданства: б) процессуальное положение иностранного государства и его дипломатических представителей, международных организаций;

в) иммунитет государства: г) разграничение компетенции национальных судов (вопросы международной подсудности); д) судебные доказательства в гражданских делах с участием указанных категорий субъектов; е) выполнение поручений иностранных судов; ж) признание и исполнение иностранных судебных решений; з) проблемы юридического значения производства, возбужденного в иностранном суде и там не законченного;

и) признание и исполнение иностранных арбитражных решений. М.г.п. также включает вопросы, связанные с рассмотрением споров в рамках коммерческого (торгового, морского) арбитража, с установлением содержания иностранного права, применимого к рассмотрению дела по существу, вопросы совершения нотариальных действий, внесудебного порядка расторжения брака и решения дел об усыновлении, опеке, попечительстве^ т.д. Выделение указанного комплекса вопросов обусловлено прежде всего тем, что наряду с общими нормами гражданского судопроизводства они имманентно связаны с гражданскими, семейными, трудовыми и иными отношениями циви-листического характера, которые лежат в сфере международного хозяйственного (гражданского ) оборота, а следовательно, и с правопорядками различных государств в том, что касается материального права. Ввиду этого отечественная правовая доктрина практически единодушна в признании того. что проблемы М.г.п. необходимо изучать в рамках науки международного частного права. К особенностям правовой регламентации отношений в области М.г.п. относится то обстоятельство, что соответствующие нормы содержатся как во внутригосударственном законодательстве. так и в международных договорах. Основные инструменты регулирования. имеющие международно-правовую природу, представлены договорами о правовой помощи. В настоящее время для РФ действует порядка 40 договоров о правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам, в том числе одно соглашение многостороннего характера — Конвенция стран СНГ 1993 г. В рамках данного содружества существует также Соглашение о порядке разрешения споров, связанных с осуществлением хозяйственной деятельности 1992 г. Один из основных многосторонних документов, имеющий общее значение для М.г.п., — Гаагская конвенция по вопросам гражданского процесса 1954 г.. к которой СССР присоединился в 1966г. (другие участники: Австрия, Бельгия, Ватикан, Венгрия, Дания, Египет, Израиль. Испания. Италия. Ливан, Люксембург, Марокко, Нидерланды. Норвегия, Польша. Португалия, Румыния. Словакия, Суринам, Турция, Финляндия, Франция, ФРГ, Чехия, Швейцария, Швеция, Югославия. Япония). Конвенция закрепляет общие принципы сотрудничества государств в правовой области (порядок вручения судебных и внесудебных документов, исполнения судебных поручений, бесплатную выдачу выписок из актов записи гражданского состояния и т.п.) компетентными учреждениями договаривающихся государств, а также устраняет главное обстоятельство,дискриминирующее иностранцев по сравнению с собственными гражданами. — судебный залог истцов-иностранцев в обеспечение судебных издержек в случае проигрыша дела. В других областях М.г.п. действуют Нью-Йоркская конвенция о признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений 1958 г., Европейская конвенция о внешнеторговом арбитраже 1961 г.. Гаагская конвенция, отменяющая требование легализации иностранных официальных документов. 1961 г.. в которых участвует и РФ.

Поскольку в международном праве отсутствуют общепризнанные (единообразно установленные) предписания.регулирующие вопросы подсудности в международной жизни, ответы на них дает, как правило, внутреннее законодательство конкретных государств либо заключенные ими (в основном двусторонние) партикулярные договоры. Термин «подсудность» используется в различных смыслах: распределение компетенции между судами, входящими в судебную систему данного государства: компетентность суда по данной категории дел. Мировая практика определения международной подсудности разнообразна, однако можно сформулировать ряд типичных правовых принципов, действующих в данной сфере. К таковым относятся: установление подсудности по признаку гражданства сторон или стороны в деле: установление подсудности по признаку места жительства ответчика; личное присутствие ответчика или наличие принадлежащего ему имущества на территории данного государства: местонахождение спорной вещи либо иная связь дела с территорией государства суда (место причинения

вреда, место исполнения договора, местожительство (местонахождение) истца и т.д.). Так, для ряда стран континентальной системы права, прежде всего Франции, а также других государств, воспринявших Кодекс Наполеона, характерен принцип гражданства сторон (стороны) в деле(«латинская система»). Германский Устав гражданского судопроизводства 1877 г. базируется на критерии местожительства (местонахождении) ответчика («германская система»). Англо-американские страны (система «общего права») в основание юрисдикции собственных судов закладывают критерий «физического присутствия», или фактическую возможность вручить судебную повестку.

Право РФ строится на территориальном начале. Статья 117 ГПК закрепляет принцип предъявления иска по месту нахождения ответчика, а ст. 118 определяет случаи подсудности по выбору истца. При этом подсудность судам РФ гражданских дел по спорам, в которых участвуют иностранный гражданин или лицо без гражданства, иностранные предприятия и организации, а также по спорам, в которых хотя бы одна из сторон проживает за границей,устанавливается на основании общих правил подсудности, предусмотренных в процессуальном законодательстве. В Конвенции стран СНГ 1993 г. также закрепляется территориальный принцип: иски к лицам, имеющим место жительства на территории одной из договаривающихся сторон. предъявляются, независимо от их гражданства. При этом иски к юридическим лицам предъявляются по месту нахождения органа управления этого юридического лица, его представительства либо филиала.Кроме того. Конвенция определяет следующие критерии для установления компетенции судов, когда на территории конкретной страны, во-первых, осуществляется торговля, промышленная или иная хозяйственная деятельность предприятия (филиала) ответчика;

во-вторых, исполнено или должно быть исполнено обязательство из договора. являющегося предметом спора: в-третьих. имеется постоянное местожительство или местонахождение истца по иску о защите чести, достоинства и деловой репутации. Основанием для исключительной компетенции судов договаривающихся государств выступает местонахождение имущества при рассмотрении исков о праве собственности и иных вещных правах на недвижимость. Договорная подсудность служит общим началом М.г.п. в современных условиях. Она допускается как конвенционным регулированием (в том числе и вышеупомянутым

соглашением), так и внутригосударственными актами различных государств. Однако предусматривается, что исключительная подсудность не может быть изменена соглашением сторон.

Лгш./Лунц Л.А..Марышева Н.И. Курс международного частного права. Международный гражданский процесс. М., 1976; Чешир Дж..Норт П.М. Международное частное право. М.. 1982;

Яблочков Т.М. Курс международного гражданского процессуального права. Ярославль. 1909; Сборник международных договоров Российской Федерации по оказанию правовой помощи. М.. 1996; Гусев Е.В. Производство по признанию и исполнению в СССР иностранных судебных решений (процессуальные стадии)//Советское государство и право, 1988, № 10. Ануфриева Л.П.

Международный гражданский процесс

в удобном приложении MyBook

Ирина Дробязкина Международный гражданский процесс: проблемы и перспективы

ASSOCIATION YURIDICHESKY CENTER

I. V. Drobyazkina

INTERNATIONAL CIVIL PROCEDURE

PROBLEMS AND PROSPECTS

R. Aslanov Publishing House

“Yuridichesky Center Press”

Редакционная коллегия серии «Теория и практика международного права»

Л. Н. Галенская (отв. ред.), В. Ф. Сидорченко (отв. ред.), С. В. Бахин, Ю. Ю. Берестнев, В. Н. Дежкин, В. В. Запевалов, В. С. Иваненко, В. П. Кириленко, А. И. Ковлер, П. А. Лаптев, С. А. Малинин, И. Е. Тарханов

А. И. Зинченко, кандидат юридических наук, заслуженный юрист РФ Д. Х. Валеев, кандидат юридических наук, доцент

Автор настоящей работы – Ирина Викторовна Дробязкина, кандидат юридических наук, старший преподаватель кафедры гражданского процесса Саратовской государственной академии права, зав. кафедрой гражданско-правовых дисциплин Поволжского (г. Саратов) юридического института (филиала) ГОУ ВПО Российской правовой академии Министерства юстиции РФ.

Candidate of law. Honored Lawyer of the RF A. I. Zinchenko

Candidate of Law, assistant professor D. H. Valeev

The author of the present work is Irina Victorovna Drobyazkina, candidate of law, senior lecturer of the department of civil procedure of Saratov State Law Academy, head of the department of civil-law disciplines of Povolzhsky (Saratov) Law Institute (Branch of the Institute) SEI HVE of Russian Law Academy of the RF Justice Ministry.

The work deals with the place of international civil procedure in the system of Russian law, analyses the problems of establishment of legal status of foreign legal entities and natural persons, the procedure of consideration of civil cases with a foreign element, and the issues of recognition and execution of foreign court decisions. The normative base of the research consists of multilateral conventions, bilateral contracts concluded on behalf of the RF or in force for Russia in accordance with legal succession. The analysis of operation of the norms of international treaties in the regulation of national civil and arbitration court proceedings is based on the provisions of contemporary Russian legislation.

The book is addressed to researchers, professors, post-graduates, and student of law schools, law-enforcement officers, and everybody who is interested in international civil procedure.

© I. V. Drobyazkina, 2005

© R. Aslanov Publishing House “Yuridichesky Center Press”, 2005

Предисловие

В течение последних двух десятилетий в России отмечается непрерывный рост международных связей в различных сферах общественной жизни, ежегодно увеличивается в судах количество дел с участием иностранных физических и юридических лиц. В такой ситуации перед законодательными и правоприменительными органами возникают вопросы, которые требуют урегулирования и разрешения. Представляется весьма своевременным законодательное увеличение числа норм, регулирующих производство по делам с участием иностранных лиц в ГПК РФ; АПК РФ и в ГК РФ. Соответствующие главы указанных нормативных актов имеют своей задачей регулирование вопросов материального и процессуального характера.

Однако в условиях действия указанных нормативных актов многие проблемы остались неразрешенными. Кроме того, перед правоприменителем возникли новые вопросы, связанные с реализацией норм о подсудности дел с участием иностранных лиц, о направлении судебных поручений при обращении к иностранным судам и исполнении от иностранных судов, а также о признании и исполнении решений иностранных судов и др. Следует одновременно отметить недостатки, которые выявились при рассмотрении и разрешении споров с участием иностранных физических и юридических лиц. К числу таких недостатков, прежде всего, следует отнести наличие неэффективных норм, пробелы и противоречия в правовом регулировании, которые следует устранить.

Для стран, заинтересованных в развитии внешнеэкономических связей, одной из целей является установление доступности правосудия и объективного рассмотрения в судах споров с участием иностранных лиц. Позитивность результатов в разрешении споров зависит от того, насколько реальным станет обобщение опыта регулирования указанных отношений, накопленной практики, ее анализ и закрепление в действующем законодательстве наиболее продуктивных предложений.

Основной целью данного исследования является анализ теоретических и практических проблем рассмотрения гражданских дел с иностранным элементом и определение порядка деятельности компетентных органов государства по рассмотрению и содействию в своевременном рассмотрении гражданских дел по указанной категории, а также выработка рекомендаций по совершенствованию законодательства.

Определенное внимание в настоящей работе уделяется имеющимся в науке гражданского процесса полярным точкам зрения относительно места международного гражданского процесса в системе отраслей права. Мнение автора изложено с учетом таких специфических признаков, как предмет и метод правового регулирования, принципы, составляющие нормативно установленные основополагающие начала, субъектный состав, источники науки международного частного права и гражданского процессуального права.

Значительная часть работы посвящена исследованию вопросов применения судами норм иностранного права, определению законодательства государства, которое должно применяться при разрешении спора, а также способам установления содержания норм иностранного права.

Автор надеется, что комплексность и системность изучения вопросов по данной теме, а также тщательность исследования законодательства в некоторой мере помогут понять существующие в российском праве и международных договорах недостатки, а представленные выводы и предложения смогут быть использованы в правотворческой деятельности как для совершенствования российского национального законодательства, международных договоров, так и для улучшения деятельности судов по разрешению гражданских дел с участием иностранных лиц.

Автор выражает благодарность и признательность за оказанную помощь в подготовке данной книги кандидату юридических наук, доценту, заведующему кафедрой гражданского процесса Саратовской государственной академии права (СГАП) Н. В. Кузнецову; доктору юридических наук, профессору кафедры гражданского процесса СГАП О. В. Исаенковой; старшему преподавателю кафедры гражданского процесса СГАП А. И. Зайцеву, а также особую благодарность всем моим родным и близким.

Международный гражданский процесс

ASSOCIATION YURIDICHESKY CENTER

I. V. Drobyazkina

INTERNATIONAL CIVIL PROCEDURE

PROBLEMS AND PROSPECTS

R. Aslanov Publishing House

“Yuridichesky Center Press”

Редакционная коллегия серии «Теория и практика международного права»

Л. Н. Галенская (отв. ред.), В. Ф. Сидорченко (отв. ред.), С. В. Бахин, Ю. Ю. Берестнев, В. Н. Дежкин, В. В. Запевалов, В. С. Иваненко, В. П. Кириленко, А. И. Ковлер, П. А. Лаптев, С. А. Малинин, И. Е. Тарханов

А. И. Зинченко, кандидат юридических наук, заслуженный юрист РФ Д. Х. Валеев, кандидат юридических наук, доцент

Автор настоящей работы – Ирина Викторовна Дробязкина, кандидат юридических наук, старший преподаватель кафедры гражданского процесса Саратовской государственной академии права, зав. кафедрой гражданско-правовых дисциплин Поволжского (г. Саратов) юридического института (филиала) ГОУ ВПО Российской правовой академии Министерства юстиции РФ.

Candidate of law. Honored Lawyer of the RF A. I. Zinchenko

Candidate of Law, assistant professor D. H. Valeev

The author of the present work is Irina Victorovna Drobyazkina, candidate of law, senior lecturer of the department of civil procedure of Saratov State Law Academy, head of the department of civil-law disciplines of Povolzhsky (Saratov) Law Institute (Branch of the Institute) SEI HVE of Russian Law Academy of the RF Justice Ministry.

The work deals with the place of international civil procedure in the system of Russian law, analyses the problems of establishment of legal status of foreign legal entities and natural persons, the procedure of consideration of civil cases with a foreign element, and the issues of recognition and execution of foreign court decisions. The normative base of the research consists of multilateral conventions, bilateral contracts concluded on behalf of the RF or in force for Russia in accordance with legal succession. The analysis of operation of the norms of international treaties in the regulation of national civil and arbitration court proceedings is based on the provisions of contemporary Russian legislation.

The book is addressed to researchers, professors, post-graduates, and student of law schools, law-enforcement officers, and everybody who is interested in international civil procedure.

© I. V. Drobyazkina, 2005

© R. Aslanov Publishing House “Yuridichesky Center Press”, 2005

Предисловие

В течение последних двух десятилетий в России отмечается непрерывный рост международных связей в различных сферах общественной жизни, ежегодно увеличивается в судах количество дел с участием иностранных физических и юридических лиц. В такой ситуации перед законодательными и правоприменительными органами возникают вопросы, которые требуют урегулирования и разрешения. Представляется весьма своевременным законодательное увеличение числа норм, регулирующих производство по делам с участием иностранных лиц в ГПК РФ; АПК РФ и в ГК РФ. Соответствующие главы указанных нормативных актов имеют своей задачей регулирование вопросов материального и процессуального характера.

Однако в условиях действия указанных нормативных актов многие проблемы остались неразрешенными. Кроме того, перед правоприменителем возникли новые вопросы, связанные с реализацией норм о подсудности дел с участием иностранных лиц, о направлении судебных поручений при обращении к иностранным судам и исполнении от иностранных судов, а также о признании и исполнении решений иностранных судов и др. Следует одновременно отметить недостатки, которые выявились при рассмотрении и разрешении споров с участием иностранных физических и юридических лиц. К числу таких недостатков, прежде всего, следует отнести наличие неэффективных норм, пробелы и противоречия в правовом регулировании, которые следует устранить.

Для стран, заинтересованных в развитии внешнеэкономических связей, одной из целей является установление доступности правосудия и объективного рассмотрения в судах споров с участием иностранных лиц. Позитивность результатов в разрешении споров зависит от того, насколько реальным станет обобщение опыта регулирования указанных отношений, накопленной практики, ее анализ и закрепление в действующем законодательстве наиболее продуктивных предложений.

Основной целью данного исследования является анализ теоретических и практических проблем рассмотрения гражданских дел с иностранным элементом и определение порядка деятельности компетентных органов государства по рассмотрению и содействию в своевременном рассмотрении гражданских дел по указанной категории, а также выработка рекомендаций по совершенствованию законодательства.

Определенное внимание в настоящей работе уделяется имеющимся в науке гражданского процесса полярным точкам зрения относительно места международного гражданского процесса в системе отраслей права. Мнение автора изложено с учетом таких специфических признаков, как предмет и метод правового регулирования, принципы, составляющие нормативно установленные основополагающие начала, субъектный состав, источники науки международного частного права и гражданского процессуального права.

Значительная часть работы посвящена исследованию вопросов применения судами норм иностранного права, определению законодательства государства, которое должно применяться при разрешении спора, а также способам установления содержания норм иностранного права.

Автор надеется, что комплексность и системность изучения вопросов по данной теме, а также тщательность исследования законодательства в некоторой мере помогут понять существующие в российском праве и международных договорах недостатки, а представленные выводы и предложения смогут быть использованы в правотворческой деятельности как для совершенствования российского национального законодательства, международных договоров, так и для улучшения деятельности судов по разрешению гражданских дел с участием иностранных лиц.

Автор выражает благодарность и признательность за оказанную помощь в подготовке данной книги кандидату юридических наук, доценту, заведующему кафедрой гражданского процесса Саратовской государственной академии права (СГАП) Н. В. Кузнецову; доктору юридических наук, профессору кафедры гражданского процесса СГАП О. В. Исаенковой; старшему преподавателю кафедры гражданского процесса СГАП А. И. Зайцеву, а также особую благодарность всем моим родным и близким.

Глава 1 Понятие и основные положения международного гражданского процесса

§ 1. Место международного гражданского процесса в системе российского права

В современной России в процессе расширения внешнеэкономических связей, миграции населения, а также в силу ряда других политических и экономических причин значение гражданско-процессуальных отношений с иностранным элементом резко возрастает. Увеличивается и количество дел в судах Российской Федерации. В первую очередь это касается дел, вытекающих из семейных и трудовых правоотношений. Практики уже довольно длительное время задаются вопросами и требуют разъяснений по проблемам, возникающим в связи с участием в гражданском деле иностранных лиц. С такими проблемами, требующими соответствующих подходов и правил их разрешения, основанных на общих принципах гражданского судопроизводства, приходится сталкиваться довольно часто. Это – установление правового статуса иностранных лиц; извещение лиц, проживающих за границей, о судебном разбирательстве; необходимость проведения за границей, судебного осмотра; выбор закона, подлежащего применению, – российского или иностранного и т. д. [1]

Вопросы защиты прав иностранных физических и юридических лиц в суде рассматриваются в рамках международного гражданского процесса.

Прежде чем перейти к исследованию возникающих в теории и практике вопросов по участию иностранцев и иностранных юридических лиц в гражданском деле, следует разобраться в сущности гражданского процессуального права и международного гражданского процессуального права.

Гражданское процессуальное право представляет собой самостоятельную отрасль права, устанавливающую порядок разбирательства и разрешения судом гражданских дел, а также порядок исполнения постановлений судов и некоторых других органов. [2]

Совокупность норм, регламентирующих особенности рассмотрения дел с иностранным элементом, именуется международным гражданским процессуальным правом. [3]

Вопрос о сущности международного гражданского процессуального права долгое время оставался без внимания. На определенном этапе, в начале развития процессуальных отношений с иностранными лицами, данный вопрос теоретики включили в рамки международного частного права, и их последователи, приняв данную позицию, оставили ее без дальнейшей проработки.

В настоящее время наблюдается оживление дискуссии по поводу места международного гражданского процессуального права в науке.

По этому поводу было высказано несколько точек зрения. Одни авторы полагают, что международный гражданский процесс является частью международного частного права; другие утверждают, что международный гражданский процесс является составной частью гражданского процессуального права; по мнению третьих, международное гражданское процессуальное право является отдельной самостоятельной отраслью права.

Совершенно верной представляется точка зрения, высказанная Н. И. Марышевой, которая заметила, что совокупность норм, регулирующих рассмотрение судами, в том числе арбитражными, гражданских дел по правоотношениям с иностранным элементом, относится по существу к гражданскому и арбитражному процессу, хотя они и носят достаточно обособленный характер. Однако в науке они традиционно изучаются вместе с международным частным правом, поскольку их сближает иностранная характеристика правоотношений, значительная роль международных договоров, влияние категорий международного права. [4]

Наиболее острой представляется проблема отграничения международного гражданского процесса от международного частного права, так как большинство ученых относят международный гражданский процесс к науке международного частного права. Это и подтверждает представленная позиция Н. И. Марышевой.

Аналогичного подхода придерживается и Т. Н. Нешатаева, полагая, что международный гражданский процесс – это комплекс международных и внутригосударственных норм, являющийся институтом международного частного права и регламентирующий взаимосвязь и взаимодействие национальных и международных органов правосудия (других правоохранительных органов), которые осуществляют производство по гражданским делам с целью определения и защиты нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов личности и общества. [5]

Общее у международного гражданского процесса и международного частного права, конечно же, есть. Но почти во всех случаях общее – это то, что все вопросы международного гражданского процесса «следует отнести к науке международного частного права (как ее особого подраздела), ибо все они тесно связаны с другими вопросами регулирования гражданских, семейных и трудовых отношений, содержащих иностранный элемент и возникающих в условиях международной жизни». [6]

Следует заметить, что во многих случаях общее предопределяет совместное рассмотрение вопросов международного частного права и международного гражданского процесса и состоит в том, что они регулируют отношения с «иностранным элементом»; именно в этом смысле следует в данном случае понимать термин «международный».

В общем контексте вопросы международного гражданского процесса традиционно рассматриваются в учебной литературе по гражданскому процессуальному праву, а нормы, регулирующие данные вопросы, закреплены в гражданских процессуальных кодексах каждого государства. Однако в некоторых странах нормы международного гражданского процесса включаются в гражданские кодексы (это имеет место, например, в кодексах Квебека, Перу).

Согласно другой позиции, международный гражданский процесс входит в состав внутригосударственного гражданского процессуального права, являясь его частью. Так, Л. А. Лунц, в частности, утверждает: «Проблемы международного гражданского процесса относятся к гражданскому процессу как к отрасли права, регулирующей деятельность судов юстиции по гражданским делам, но это… само по себе еще не предрешает ответа на вопрос о том, к какой отрасли правоведения надо отнести обсуждаемые проблемы». [7]

А. Н. Минаков в своей рецензии на работу Л. А. Лунца отметил, что автор относит проблемы международного гражданского процесса к гражданскому процессу как к отрасли права, регулирующей деятельность органов юстиции по гражданским делам, и к международному частному праву как к отрасли правоведения, поскольку эти проблемы тесно связаны с вопросами регулирования гражданских, семейных и трудовых отношений, содержащих иностранный элемент и возникающих в условиях международной жизни. [8]

В итоге нечеткая грань между науками международного гражданского процесса и международного частного права может пагубно отразиться на коллизиях в законе, а также разночтении и смешении понятий в международном процессуальном и материальном праве.

А. Ф. Воронов также считает, что международный гражданский процесс не является составной частью международного частного права, при этом международный гражданский процесс, по его мнению, есть межсистемный комплекс норм, содержащихся во внутреннем праве государства и в международных договорах с участием этого государства, регулирующий гражданские процессуальные отношения с иностранным элементом. Обосновывая свою точку зрения, он утверждает, что если международные договоры – это источники международного публичного права, а оно представляет собой самостоятельную систему, отличную от внутригосударственного права, то международный гражданский процесс является межсистемным комплексом. [9]

С последним утверждением трудно согласиться, так как ст. 2 ГПК РФ гласит: «Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила гражданского судопроизводства, чем те, которые предусмотрены законом, применяются правила международного договора». Отсюда следует вывод: международные договоры становятся источниками гражданского процессуального права в отношении тех вопросов, по которым международным договором с участием РФ установлены иные правила, чем предусмотренные гражданским процессуальным законодательством.

Таким образом, международные договоры как источники гражданского процессуального права не входят в систему норм правовых актов и не являются формой выражения внутригосударственных норм права, занимая обособленное положение. Вместе с тем они состоят в тесной связи и взаимодействии с нормами внутригосударственного права. [10]

Точка зрения немецкого ученого Х. Шака также основывается на том, что международный гражданский процесс некорректно рассматривать как часть международного частного права. Свою позицию он комментирует так: «Распространенным является представление, что в случае с международным гражданским процессом речь идет о неотъемлемом элементе международного частного права. Однако международный гражданский процесс ни в коем случае не является придатком международного частного права. Скорее, наоборот, первый чаще обладает преимуществом в том смысле, что применению подлежит международное частное право лишь того государства, суды которого обладают международной подсудностью… международный гражданский процесс и международное частное право являются, таким образом, не приложением, а дополнением друг к другу». [11]

Из последних работ, посвященных месту международного гражданского процесса в системе права, выделяется работа Л. П. Ануфриевой, которая безапелляционно утверждает, что международный гражданский процесс является частью международного частного права.

Выдвинутые ею основные аргументы, такие, как: нелогичность и необъяснимость отнесения международного гражданского процесса к гражданскому процессуальному праву как к отрасли права по причине невозможности изучать вопросы международного гражданского процесса обеими науками; неготовность правоприменительных органов иметь дело с процессом правоприменения, если в деле участвует иностранное физическое или юридическое лицо, так как не всегда обладают необходимыми знаниями в области международного частного права; нецелесообразность отнесения международного гражданского процесса к гражданскому процессуальному праву в связи с обособлением указанных вопросов по критерию «связь с делами, возникающими в условиях международного оборота», являются, может быть, отчасти и верными, но это не те признаки, по которым следует или не следует относить международный гражданский процесс к той или иной отрасли права. [12]

Еще одна точка зрения основывается на том, что о международном гражданском процессе можно говорить как о самостоятельной отрасли права. Так, П. Е. Недбайло указывает, что «в систему юридических наук входят не только отраслевые юридические науки. В процессе развития на основе изменения и развития общественных отношений во взаимоотношениях и взаимодействии отраслей права возникают связи и переходы, которые представляют собой новые явления, нередко столь специфичные, что изучение их требует отдельной и самостоятельной науки. Все это обусловливает возникновение и развитие межотраслевых или, иначе, стыковых юридических наук». [13] Можно предположить, что в дальнейшем данная позиция будет достаточно активно разрабатываться.

Так что же такое международный гражданский процесс и какое место он занимает в российском праве?

Итак, в настоящий момент четко определились две неоднозначные позиции. Представители первой утверждают, что международный гражданский процесс является частью международного частного права. С этим трудно согласиться.

Международное частное право – самостоятельная отрасль права и, как любая самостоятельная система, имеет свои специфические признаки: предмет и метод правового регулирования, принципы, составляющие нормативно установленные основополагающие начала, субъектный состав. Соответственно специфичными должны быть и источники. Если рассматривать международный гражданский процесс как часть международного частного права, то на него также должны распространяться все перечисленные признаки родового понятия.

Первый признак, определяющий самостоятельность системы, – предмет правового регулирования. В российской доктрине, как правило, указывается, что нормы международного частного права регулируют гражданско-правовые, семейные и трудовые отношения с иностранным элементом.

В научной литературе представлена также другая позиция, согласно которой предмет правового регулирования международного частного права составляют международные немежгосударственные отношения невластного характера. [14]

Предметом международного гражданского процесса является определение подсудности по делам с иностранным элементом, возникающие в связи с рассмотрением по таким делам проблемы вручения судебных документов, выполнения отдельных процессуальных действий, исполнения поручения иностранных судов, применения и установления содержания иностранного права и другие вопросы, регулирующие процессуальные правоотношения с участием иностранного элемента.

В литературе не раз предлагалось ограничить предмет международного частного права коллизионными нормами. С позиции строгой отраслевой классификации это предложение, в принципе, не может вызвать возражений. Однако с методической точки зрения вопросы правоспособности иностранцев и вопросы международного гражданского процесса удобнее исследовать (и преподавать) в комплексе с коллизионными нормами. [15]

Действительно, исходным методом правового регулирования в сфере международного частного права является коллизионный метод. В частности, в коллизионном праве регулирование в целом и каждая коллизионная норма в отдельности направлены на выбор между правом страны суда и правом, действующим в иностранном государстве.

При исследовании вопроса о месте международного гражданского процесса в системе российского права нельзя оставить без внимания такую правовую категорию, как принцип. Без помощи принципов невозможно представить модель права или его отдельной отрасли, так как именно они придают целостность правовой системе, начиная с соответствия друг другу отдельных норм и через гармонизацию внутриотраслевых и межотраслевых институтов. Связь же принципов между собой в этой модели обусловлена прежде всего тем, что все они являются категориями одной отрасли, звеньями одной правовой системы, направлены на достижение общей цели специальными методами. [16]

К исходным началам международного частного права отечественная наука традиционно относит принципы международного публичного права. Среди них – принципы суверенного равенства государств, мирного разрешения международных споров, невмешательства во внутренние дела, всеобщего уважения прав человека, сотрудничества, добросовестного выполнения международных обязательств.

Проведенный анализ специальной учебной литературы показывает, что авторы либо вообще не затрагивают принципы международного частного права, либо упоминают о них вскользь. Такой подход позволяет сделать вывод об отсутствии общепризнанных специальных принципов в науке международного частного права.

Процессуальное регулирование, осуществляемое на основе норм, относимых к международному гражданскому процессу, использует принцип lex fori (принцип закона места судебного разбирательства) в качестве единственного правового принципа процессуального права. [17] Преимущественное применение данного принципа обосновывается тем, что знакомое процессуальное право будет применено грамотнее, быстрее и увереннее.

Принцип lex fori содержится во многих международных договорах. По принципу закона места судебного разбирательства суд руководствуется лишь собственным законом судопроизводства. Как исключение из этого правила следует отметить положение ч. 1 ст. 399 ГПК РФ об определении гражданской процессуальной правоспособности и дееспособности иностранных граждан и лиц без гражданства по их личному закону, а также норму, закрепленную ч. 3 ст. 409 ГПК РФ, регламентирующую порядок признания и исполнения решений иностранных судов и устанавливающую срок в три года для предъявления решения иностранного суда к принудительному исполнению со дня вступления в законную силу решения иностранного суда, что решается по закону соответствующего иностранного государства.

Х. Шак выделяет в качестве специальных принципов международного гражданского процесса также принцип взаимности, состоящий в осуществлении правосудия на основе взаимных начал, и принцип равенства. [18]

Итак, рассмотрев природу международного частного права по основным признакам, определяющим самостоятельность отрасли права, в результате сопоставления и проецирования их на международный гражданский процесс как составную часть международного частного права, следует сделать вывод о том, что данный подход нельзя признать правильным, так как определяющие признаки отрасли международного частного права в большинстве своем не соотносятся и не распространяются на международный гражданский процесс.

Если же внимательно исследовать и проанализировать позицию об отнесении международного гражданского процесса к гражданскому процессуальному праву, то необходимо отметить следующее.

Предметом гражданского процессуального права является гражданское судопроизводство, т. е. деятельность суда и других его участников по рассмотрению и разрешению гражданского дела, а также в определенной степени деятельность органов исполнения судебных актов. Необходимо отметить, что предмет международного гражданского процесса в основном совпадает с предметом регулирования национального гражданского процессуального права, отличаясь только наличием сочетания «иностранный элемент».

Анализируя следующий признак, важно отметить, что методом гражданского процессуального права как способом воздействия на регулируемые данной отраслью отношения является императивно-диспозитивный метод. При этом императивность проявляется в том, что гражданские процессуальные отношения выступают отношениями власти и подчинения в силу специфики субъектов гражданско-процессуальных правоотношений – участия в них суда как органа государства, уполномоченного на осуществление правосудия и наделенного властными полномочиями. Диспозитивность метода заключается в свободной реализации предоставленных прав и обязанностей применительно к одному и тому же виду субъектов.

Безусловно, для международного гражданского процесса характерен гражданско-процессуальный метод регулирования. Вне зависимости от того, кто участвует в процессе – резидент или нерезидент, суд по отношению к ним всегда обладает властными полномочиями.

Следует сказать еще об одном признаке – субъектном составе гражданского процесса. Обязательным субъектом любого гражданского процессуального правоотношения является суд. Суд – орган власти, наделенный компетенцией (полномочиями) по осуществлению правосудия путем разрешения гражданских и уголовных дел. Поэтому суд – не только основной, но и главенствующий субъект гражданского процессуального правоотношения. В международном гражданском процессе суд играет не менее значимую роль.

Кроме суда обязательными субъектами гражданского процессуального правоотношения являются стороны в исковом производстве, заявитель и ответчик в производстве, вытекающем из публично-правовых отношений, а также заявители и заинтересованные лица в делах особого производства. Все перечисленные участники будут так же именоваться и по делам с участием иностранных лиц.

К субъектному составу международных гражданских процессуальных отношений, кроме суда и других участников процесса, в отдельных случаях следует относить и государства, заключившие международный договор, в котором содержатся нормы, регулирующие гражданско-процессуальные отношения с иностранным элементом. Однако важно предположить, что государства как субъекты международных гражданско-процессуальных правоотношений являются дополнительными субъектами, которые непосредственно не задействованы в отношениях, складывающихся между судом и другими участниками процесса, но играют важное предопределяющее участие других участников в суде значение. Они участвуют в процессе опосредованно, через свои судебные органы.

В отношении еще одного рассматриваемого признака – принципов, следует отметить, что за небольшими исключениями здесь преимущественно применяется принцип закона места судебного разбирательства. Следовательно, и все основные принципы, содержащиеся в нормах национального гражданского процессуального законодательства, распространяются на судебные разбирательства с участием иностранных физических и юридических лиц.

Таким образом, с помощью анализа, сопоставления и проецирования диаметрально противоположных позиций можно сделать вывод, что наука международного гражданского процесса наиболее близка по своей природе к гражданскому процессуальному праву, чем к науке международного частного права. Сделанный вывод позволяет присоединиться к той точке зрения, представители которой утверждают, что международный гражданский процесс – составная часть гражданского процессуального права. Это часть внутреннего права нашего государства, даже если она имеет своим источником международные конвенции. Как всякое государство имеет свое международное частное право, так всякое государство имеет свой международный гражданский процесс. [19]

Последний признак, о котором еще не было сказано, – нормативные источники. По мнению А. Д. Кейлина, в капиталистических странах источниками правовых норм гражданского процесса в формальном смысле являются нормативные акты, содержащие положения и предписания, касающиеся порядка деятельности суда и поведения тяжущихся при разбирательстве гражданско-правовых споров

и принудительного исполнения вынесенных по ним судебных реше-

Нормативные источники международного гражданского процесса нашей страны носят двойственный характер, общий с источниками международного частного права: наряду с внутренним законодательством к ним причисляются и международные договоры. Правда, и по этому признаку нельзя отождествлять данные науки. У международного гражданского процесса круг международных договоров как источников узко специальный, непосредственно касающийся вопросов гражданского процесса.

Российская Федерация как правопреемница СССР участвует в:

1) двусторонних договорах:

а) о правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам с Албанией (1958), Болгарией (1975), Венгрией (1958 и протокол 1971), Вьетнамом (1981), КНДР (1957), Кубой (1984), МНР (1958), Польшей (1957 и протокол 1980), Румынией (1958), Чехословакией (1982), Югославией (1962), Италией (1979);

б) о правовой помощи с КНР (1992), Польшей (1996), Ираном (1996), Албанией (1997), Азербайджаном (1992), Литвой (1992), Латвией (1993), Грузией (1995), Киргизией (1992), Молдовой (1993), Эстонией (1993), Испанией (1996), Финляндией (1978) и др.;

в) о правовой помощи по гражданским и уголовным делам с Республикой Кипр (1984), КНР (1992) и др.

2) многосторонних договорах: в Гаагской конвенции во вопросам гражданского процесса (1954), Конвенции, отменяющей требование легализации иностранных официальных документов (1961), Конвенции о признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений (1958); Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам (1993 с изменениями от 1997), Соглашении о порядке разрешения споров, связанных с осуществлением хозяйственной деятельности (1992), и др.

В сфере внутреннего законодательства следует выделить целый ряд нормативных актов: Указ Президиума Верховного Совета СССР «О признании и исполнении в СССР решений иностранных судов и [20] арбитражей» от 21 июня 1988 г. № 9131-XI, ГПК РФ, АПК РФ, Закон РФ «О международном коммерческом арбитраже, Федеральный закон «Об исполнительном производстве» и др.

Самое большое число двусторонних международных договоров, наиболее подробно регламентирующих вопросы международного гражданского процесса, составляют договоры о правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам. По структуре и содержанию все договоры очень сходны, многие нормы повторяют друг друга. Это связано с тем, что в Министерстве юстиции РФ выработан проект международного договора о правовой помощи по вопросам гражданского процесса, который предлагается другим государствам для обсуждения и дальнейшего заключения.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: